ИСТОРИЯ
НОРМАТИВНЫЕ АКТЫ

М.М. Шумилов. "Торговля и таможенное дело в России: становление, основные этапы развития (IX-XVII вв.)"

Начиная с дореволюционного времени, значительный исследовательский интерес был прикован к проблеме конкурентной борьбы русских торговых людей с иностранцами, во многом обусловившей переход русского правительства к политике торгового протекционизма, которая проявилась в выравнивании условий торговли для иностранных гостей, ограничении их торговых привилегий, свободы перемещения по территории страны и приезда во внутренние города, а также в более высоком таможенном обложении по сравнению с московскими купцами и т. д. Ученые отразили поэтапный, последовательный и вместе с тем выборочный характер шагов правительства в выработке этой политики, показали ее необратимость начиная со второй половины 40-х гг. XVII в.98 При этом не остался незамеченным и тот факт, что очередное купеческое челобитье 1648—1649 гг. было поддержано дворянами от стольников до городовых дворян и детей боярских — выборных уложенного собора, одновременно направивших царю челобитную с просьбой ограничить деятельность иностранных купцов пределами Архангельска. Таким образом, была установлена солидарность дворянства с отечественным торговым капиталом, который выступал посредником между поместно-вотчинным хозяйством и рынком.99

Важнейший вопрос таможенной политики — таможенное обложение — был самым серьезным образом исследован в дореволюционной историографии. Именно тогда были заложены основы классификации и систематизации различных таможенных пошлин и сборов. Так, Д.А. Толстой сводил все их многообразие к внутренним, внешним и транзитным таможенным пошлинам («по троякому образу ведения торговли»). При этом к разряду собственно внутренних сборов он относил тамгу, весчее, осмничее, контарное, подъемное, припуск, померное, пятенное, писчее, отвозное, гостиное, поворотное, анбарное, порядное, годовщину, отвоз, посаженное, поташное, свальное, роговое, явку, грузовую, рукознобную, дрягильскую и привязную пошлины и др.100 По мнению В.И. Сергеевича, сборы за переправу через мосты и реки, с мер и весов, писчее и явка принадлежали к разряду фискальных пошлин, а мыт, гостиное, анбарное и тамга — к числу косвенных налогов.101

Принципиально иной критерий классификации был предложен Ю.А. Гагемейстером, Е.Г. Осокиным, С.Н. Никольским, В.О. Ключевским, С.А. Шумаковым, которые свели все многообразие таможенных платежей в XIII — первой половине XVII вв., во-первых, к проезжим или заставным пошлинам и сборам, которые взимались за право провоза товара вне зависимости от его количества и стоимости, и, во-вторых, к торговым пошлинам и сборам, которые взимались за право торговли и за совершение предварительных операций в зависимости от количества товара и его таможенной стоимости.102

Разумеется, дореволюционные авторы не могли пройти мимо опубликованных Археографической комиссией многочисленных источников, свидетельствующих о фактах обложения торговли. При этом каждый из них стремился представить собственный типологический ряд проезжих и торговых пошлин, установить время и причины их появления, выяснить широкое и узкое значение той или иной пошлины, ее обычную ставку, форму оплаты, сходства и различия с другими платежами, а также принципы начисления и порядок взимания. Отмечая значение проделанной работы, вместе с тем следует указать, что некоторые важные платежи (проезд, судовая подъемная грузовая пошлина, большая тамга) были обделены вниманием исследователей. В опубликованных трудах, как правило, торговые пошлины недостаточно обособлены от одноименных сборов за предпродажное обслуживание, содержатся неточные определения поместного и узольцового, размеров обычной и повышенной ставок тамги и пятна, слабо раскрываются переходный характер явки, замыта и судовой пошлины, динамика таможенного обложения, штрафные санкции в таможенном деле, эволюция таможенных платежей. Следует сказать и о том, что дореволюционные исследователи недостаточно внимания обращали на факт полного совпадения внутренних торговых и внешних таможенных платежей, на то, что русские и иностранные купцы платили одни и те же пошлины (хотя и в разном размере) за право перемещения и продажи своих товаров.103

В советский период весомый вклад в разработку указанной проблематики внесли К.В. Базилевич, А.Т. Николаева, Ю.А. Тихонов, А.Ц. Мерзон, А.Н. Копылов, А.В. Демкин, А.И. Раздорский и некоторые другие авторы. Их внимание привлекали не только статьи уставных таможенных грамот, но и записи таможенных книг о явке товаров, методах определения таможенной стоимости явленных товаров, процедурном порядке таможенного обложения и т. д. Так, К.В. Базилевичу удалось установить, что, во-первых, явленный товар во всех случаях подлежал количественной оценке со стороны представителей таможни, во-вторых, обычно в одной и той же таможне применялась как оценка по «продажной цене», так и «условная таможенная оценка», и, в-третьих, экспертная (условная) оценка таможни могла близко совпадать с рыночной ценой текущего года, а могла и значительно отличаться от последней.104 Одновременно исследовались вопросы формирования в первой половине XVII в. предпосылок к превращению многочисленных таможенных сборов периода удельной раздробленности в единую рублевую пошлину, ставшую с 1653 г. основным таможенным платежом. Предпринимались попытки установить размеры таможенного обложения привозных иностранных товаров в Архангельске. Тем не менее исследование вопросов таможенного обложения еще далеко от завершения.

К числу малоисследованных проблем таможенной политики следует отнести таможенное управление в Русском государстве. Из дореволюционных авторов значительный вклад в ее разработку внесли Д.А. Толстой, Н.И. Костомаров, Б.Н. Чичерин, А.Д. Градовский, П.Н. Милюков, М.Ф. Владимирский-Буданов и некоторые другие. Особенно плодотворно изучались вопросы о местном таможенно-финансовом управлении, откупном и верном способах осуществления таможенного дела, о правах, обязанностях и содержании деятельности таможенных откупщиков, голов и целовальников, механизмах вербовки и привлечения на таможенную службу купеческих представителей, о продолжительности этой службы, о причастности к таможенному управлению и контролю воевод и взаимоотношениях воеводской администрации (приказных изб) с таможенными органами (таможенными избами), о характере и формах таможенной отчетности и т. д.105 Исследуя приказной строй России, П.Н. Милюков одним из первых попытался показать политику правительства в деле преодоления раздробленности финансового управления и сосредоточения его основных функций в Приказе Большой казны.106

В советский период историки значительно продвинулись вперед в выяснении причин, источников, времени возникновения и компетенции центральных органов финансового управления и подтвердили вывод дореволюционной историографии об отсутствии в XVI—XVII вв. в России единого финансового учреждения с общегосударственной компетенцией и рассредоточении таможенно-финансовых функций государства по различным московским приказам.107 В меньшей степени изучались вопросы местного финансового управления, организации таможенных изб, контроля со стороны воеводской администрации за деятельностью голов и целовальников.108 Общая картина устройства и деятельности таможен, их взаимоотношений с воеводами, московскими приказами и органами посадского самоуправления представлена в работах В.Н. Захарова, А.И. Шемякина, Л.А. Тимошиной, Г.П. Енина и некоторых других авторов.109 Однако недостаточное обращение этих историков к результатам и выводам предыдущих исследований, их увлечение детализацией отдельных сюжетов препятствовали созданию комплексного представления о таможенном управлении России в XVII в. К числу бесспорных достижений историографии советского периода следует также отнести специальные работы К.В. Базилевича и А.Ц. Мерзона о документации и формах отчетности таможенных органов.110

В поле зрения отечественной историографии постоянно находилась проблема формирования таможенного права XVI—XVII вв. В хронологическом плане ее изучение, как правило, протекало в рамках трех периодов: 1) XVI — первой половины XVII в.; 2) 1653—1667 гг.; 3) второй половины XVII в. К настоящему времени авторам удалось проанализировать все основные источники таможенного права XVI — первой половины XVII в. Это, во-первых, международные договоры, жалованные и проезжие грамоты, распоряжения центрального правительства, обращенные к воеводам порубежных городов, другие акты, призванные регулировать торговлю иностранных купцов;111 во-вторых, вся совокупность жалованных грамот, различавшихся по источнику и предмету пожалования (дарственные акты на сбор таможенных пошлин, обельные и тарханные льготные грамоты, а также охранительные грамоты);112 в-третьих, уставные грамоты;113 в-четвертых, уставные таможенные грамоты — основной источник таможенного права;114 в-пятых, Соборное уложение 1649 г. — вершина русского средневекового законодательства, важнейший правовой источник, регламентирующий взимание проезжих пошлин, а также правовой статус и техническое состояние путей сообщения.115

Как можно заметить, несмотря на отсутствие в отечественной историографии обобщающего исследования правовых вопросов торговли и таможенного дела России XVI — первой половины XVII в., историки уделяли им самое пристальное внимание. Дореволюционные авторы самым подробным образом исследовали вопрос о праве частных земельных собственников произвольно устанавливать в своих владениях мыты, перевозы и другие проезжие пошлины. При этом Ю.А. Гагемейстер и И.Д. Беляев полагали, что право на мыт было соединено с правом на поземельную собственность. Е.Г. Осокин же, Н.Я. Аристов и И.Я. Рудченко придерживались иного мнения, доказывая, что верховная власть жаловала духовенство и бояр правом на сбор проезжих пошлин как вместе с волостями, так и отдельно от них. Одновременно была подмечена другая особенность русского законодательства, заключавшаяся в том, что таможенные привилегии становились проявлением личной милости великих князей (царей) и их сохранение в потомстве ничем не гарантировалось. Историков также интересовали попытки верховной власти к ограничению и полному упразднению таможенных прав и привилегий крупных земельных собственников. Разработка этой темы плодотворно продолжалась в советский и новейший период в трудах П.П. Смирнова, Л.В. Черепнина, Ю.А. Тихонова, С.М. Каштанова, А.Г. Манькова, Р.Г. Скрынникова, Е.И. Колычевой, С.А. Козлова, З.В. Дмитриевой и др. А.В. Демкин внес значительный вклад в исследование жалованных грамот торговым иноземцам, сочетавших преимущества дарственных и льготных грамот.116

Повышенный интерес исследователей неизменно вызывали уставные таможенные грамоты. Впервые они были введены в научный оборот К.Н. Лодыженским, который увидел в самом факте их появлении «попытки внести некоторый порядок в таможенные сборы и привести их к более простой, однообразной системе».117 В дореволюционной историографии также получил обоснование тезис о том, что основу уставных таможенных грамот составлял обычай, преобладавший над законом.118 В послевоенный период А.Т. Николаева и Ю.А. Тихонов показали, что с середины XVI в. уставные таможенные грамоты стали «общим явлением» и что терминологические различия, содержащиеся в грамотах, были не только остатками удельной старины, но и особенностями хозяйственной специализации отдельных районов. На основе обобщения десятков вновь выявленных уставных таможенных грамот они также пытались установить общие закономерности в таможенном обложении русских и иностранных торговых людей на протяжении XVI — первой половины XVII в. в связи с процессом формирования всероссийского рынка.

В отечественной историографии в качестве рубежа, знаменующего начало новой таможенной политики, обычно принимают дату подписания Торгового устава 1653 г. При этом сам акт от 25 октября 1653 г. трактуется в исторической литературе по-разному. Так, Ю.А. Тихонов и А.Г. Маньков отождествляют его с таможенной реформой.119 По мнению Ю.Г. Кисловского, указ царя Алексея Михайловича явился важной вехой таможенных реформ, «которые продлились до середины XVIII в., когда были ликвидированы внутренние таможни, отменена откупная система и таможенные органы превратились в государственный аппарат со своей структурой и управлением».120 До настоящего времени никто из авторов еще не характеризовал указ от 25 октября как отправную точку таможенной реформы, завершившейся принятием Новоторгового устава 1667 г.

Изучению Новоторгового устава посвящен целый ряд специальных публикаций.121 Подчеркивая его внешнеэкономическую направленность и сильное влияние на дальнейшее развитие таможенного права, дореволюционная историография оценивала Новоторговый устав как первый таможенный тариф и первый таможенный устав России.122 В трудах дореволюционных и советских авторов подробно исследовались законодательные источники Новоторгового устава, подчеркивались торгово-протекционистская, фискальная и классовая направленность его вводной части, принципиальное значение введения единой рублевой пошлины, обновления механизма таможенного оформления русских и привозных товаров, ужесточения правил валютного регулирования и штрафных санкций за нарушение таможенных правил и т. д.123 Вместе с тем в отечественной историографии все еще отсутствует анализ Новоторгового устава как основного таможенного документа второй половины XVII в., закона прямого действия, излагающего определенные технологические схемы таможенного контроля, оформления и обложения товаров.

<<   [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] ...  [88]  >> 


Контактная информация: e-mail: info@tkod.ru   


Rambler's Top100Rambler's Top100 Яндекс цитирования Все о таможне