ИСТОРИЯ
НОРМАТИВНЫЕ АКТЫ

М.М. Шумилов. "Торговля и таможенное дело в России: становление, основные этапы развития (IX-XVII вв.)"

Русско-шведские торговые контакты возобновились после заключения Кардисского мира (1661), который восстановил условия Столбовского договора. Одновременно был расширен перечень внутренних русских городов, где официально разрешалось торговать шведским подданным-купцам. Они могли беспрепятственно приезжать туда по проезжим грамотам, выданным шведской местной администрацией. Русская сторона также взяла на себя безусловное обязательство по выдаче шведским подданным проезжих грамот на обратный проезд с указанием вывозимых товаров. Аналогичные обязательства взяла на себя шведская сторона.74

Однако и после подписания Кардисского мира русско-шведские торговые и таможенные отношения продолжали развиваться сложно, конфликтно, вызывая необходимость в продолжении двухсторонних переговоров. Так, в 1663 г. на дипломатическом уровне до шведской стороны доводилось, что в Стокгольме, Риге, Колывани, Канцах и других городах Швеции русским купцам чинились «невольности и помешки и задержание в торговле и обиды».75 На переговорах в Плюссе (1666) снова говорилось о многих задержаниях, несправедливостях, «помешках» в торговле, которые приходилось терпеть русским подданным на шведской территории.76

Шведские чиновники по-прежнему препятствовали вывозу из своей страны медной монеты и «плотов», но особенно ефимков и золотых, вырученных русскими торговыми людьми от продажи своих товаров.77 Канецкие таможенники допускали грубый произвол при осуществлении таможенного контроля и таможенного оформления товаров, а также при начислении пошлин. В 1673 г. тихвинские посадские люди рассказывали в Новгородской приказной палате, что и после Плюсского договора в Канцах таможенники переписывали их товар и взимали с него пошлину ефимками любскими и золотыми, «а своими медными деньгами пошлин не емлют».78 «Таможенник, — отмечает Э.Д. Рухманова, — часто не вписывал в "пасы" некоторые русские товары. Для взвешивания многих весовых товаров он использовал берковцы. Канецкий берковец равнялся 8 пудам, а стокгольмский 10 пудам. В Стокгольме при перевесе обнаруживались излишки товаров, которые конфисковывались в шведскую казну».79

Впрочем, целый ряд обоснованных претензий имела и шведская сторона. Так, русские купцы, ремесленники и крестьяне, годами проживавшие в Канцах, уклонялись от уплаты налогов и повинностей, приходившихся на горожан. Больше того, фактически пользуясь теми же правами, что и местные жители, они продавали в розницу товары не только русского, но также иностранного происхождения (шелк, ткани, бархат и др.). Русских обвиняли и в том, что они привозили в Ниен своих скорняков, жестянщиков и других ремесленников, скупавших в окрестностях города сырье и материалы, которые затем перерабатывались в мануфактурные изделия; последние продавались на местном рынке как импортные товары.80 Отметим и тот факт, обративший на себя внимания шведского правительства, что русские купцы широко скупали у финских ремесленников медные водосточные трубы. Пользуясь тем, что пошлина с вывозимых из шведских владений мануфактурных изделий была намного ниже, чем с необработанной меди, они вывозили и медный лист, предусмотрительно свернутый в трубы.81

Как бы то ни было, экспорт товаров в Швецию через Ниеншанц составлял примерно третью часть балтийской торговли России. К Невскому устью ежегодно приходило свыше 100 купеческих судов, до половины из которых были русскими.82 Торговлю через Ниен продолжали держать в своих руках новгородские, тихвинские, ладожские, олонецкие торговые люди, напрямую связанные с купечеством Швеции. Незадолго до начала Северной войны Канцы и Стокгольм начали посещать и небогатые русские торговые люди, ремесленники и даже крестьяне.83 В самом начале Северной войны десятки их были арестованы в Швеции. Одновременно у них было конфисковано товаров на огромную по тем временам сумму — 300 000 р.84 Во второй половине XVII в. ведущими центрами балтийской торговли, ориентированными на российский рынок, по-прежнему оставались подвластные шведскому королю Нарва, Рига и Ревель. В этих прибалтийских городах экономически господствовали немецкие купцы. Имея хорошую организацию и значительные капиталы, они осуществляли торговое посредничество между Россией и странами Западной Европы.

Важным посредствующим рынком в торговле ближайших к ней городов Ливонии и Московского государства с приморскими странами Западной Европы выступала Нарва, отпускавшая товары того же ассортимента, что и Ниеншанц. Основная масса русских тканей, рукавиц и около половины мыла и небольшая часть кож, часть льна, пеньки, рогож, пушнины вывозилась отсюда в Стокгольм, но большая часть льна, пеньки, рогож, пушнины и кож — в Любек и за пределы Балтийского моря.85

В Ригу по Западной Двине и прямой дорогой через Нейгаузен (Новгородок) из России привозили мыло, кожи, хлеб, смолу, лен, пеньку, мед, воск, сало, меха, которые затем переправлялись в Пруссию, Швецию, Данию и Германию.86 В Ревель вела удобная сухая дорога из Пскова. Во второй половине XVII в. внешняя торговля составляла в Пскове половину товарооборота, зафиксированного в таможенных книгах. Кожи сырые и деланые прочно занимали главное место в псковском вывозе.87 Русско-прибалтийская торговля через Ригу и Ревель, ориентированная на Любек, отличалась тем, что в ее ассортименте среди отпускных товаров преобладало сельскохозяйственное сырье, отсутствовали ткани и изделия из кожи.88

Стремясь ослабить торговую монополию шведов и подвластных Швеции немецких купцов Нарвы, Риги и Ревеля, русское правительство держало курс на укрепление торговых связей с Любеком, а через него — со всей Германией. С этой целью купечеству г. Любек в 1636 и 1652 гг. были выданы жалованные грамоты. Согласно первой из них, «любским немцам» разрешалось не только приезжать в Московское государство «со всякими товары», но и торговать «повольною торговлею» в Москве (право торговать в русской столице немцам предоставлялось впервые), Новгороде и Пскове. Однако по сравнению с грамотой 1603 г. отменялась беспошлинная торговля и запрещался передел ефимков и серебра в русские деньги. Грамотой 1652 г. подтверждались условия предыдущей грамоты 1636 г. Лишь англичане, шведы да несколько нидерландских купцов пользовались большей полнотой торговых привилегий.89

Примечания

51 ААЭ. Т. 2. № 212. С. 271.

52 Коваленко Г.М. Таможенная запись 1615 г. о взымании пошлин в Невском устье. Новгород, 1998. С. 6.

53 Там же. С. 6—13.

54 ПСЗ I. СПб., 1830. Т. 1. № 19; Базилевич К.В. Коллективные челобитья торговых людей и борьба за русский рынок в первой половине XVII в. // ИАН СССР. Отделение обществ. наук. 1932. № 2. С. 96; Шаскольский И.П. Русская морская торговля на Балтике в XVII в. (Торговля со Швецией). СПб., 1994. С. 4, 9, 18. Подданные шведского короля и русского царя пренебрегали запретом и торговали в приграничной полосе по селам и по деревням без уплаты таможенных пошлин. По этому поводу правительство Михаила Федоровича заводило переписку с новгородскими воеводами и добивалось, чтобы «свейского короля русские и немецкие люди» торговали исключительно в городах, чтобы «пошлине истери не было» (ААЭ. Т. 3. № 180. С. 262—263; Шаскольский И.П. Экономические отношения России и Шведского государства в XVII веке. СПб., 1998. С. 127).

55 История Швеции / Отв. ред. А.С. Кан. М., 1974. С. 224.

56 Шаскольский И.П. 1) Об основных особенностях русско-шведской торговли XVII в. // Международные связи России в XVII—XVIII вв. (Экономика, политика, культура): Сб. статей / Отв. ред. Л.Г. Бескровный. М., 1966. С. 10—13; 2) Экономические отношения... С. 12—13, 61—62, 73—84, 127.

57 Э.Д. Рухманова относит учреждение таможни в Канцах к 1642 г. (Рухманова Э.Д. Русско-шведская торговля по невскому пути и город Канцы (XVII в.) // Вопросы истории Европейского Севера: Межвузовский сб. Петрозаводск, 1976. С. 152).

58 Олеарий А. Описание путешествия в Московию и через Московию в Персию и обратно. СПб., 1906. С. 156; Шаскольский И.П. Русская морская торговля... С. 138, 143. При этом правительство Швеции не вынашивало планов по перенесению русской торговли из Архангельска на Балтику, хотя идеи такого содержания одно время высказывались в правящих кругах Швеции (Курц Б.Г. Состояние России... С. 193—297; Шаскольский И.П. Экономические отношения России... С. 62—63).

59 Шаскольский И.П. 1) Об основных особенностях... С. 16—20; 2) Русская морская торговля... С. 49, 50—53, 167—175; Рухманова Э.Д. Русско-шведская торговля... С. 148—150, 156—158. В 1630-е гг. шведам было разрешено производить беспошлинную закупку селитры на «вольном рынке», что было для них весьма затруднительно, поскольку обычно этот товар находился среди заповедных и покупателем его выступала царская казна. В 1639 г. шведскому правительству было предоставлено взаймы три тысячи пудов селитры из казенных запасов сроком та один год (Шаскольский И.П. Экономические отношения... С. 40—41, 59—60).

60 Шаскольский И.П. 1) Об основных особенностях... С. 22—30; 2) Русская морская торговля... С. 56—77; Рухманова Э. Д. Русско-шведская торговля... С. 147, 150—151, 157, 158; Варенцов В.А. Торговля и таможенное управление Новгорода в XVI—XVII веках. Исторический очерк. Документы и материалы. Новгород, 1996. С. 59. Швеция в XVII в. занимала первое место в Европе по производству и экспорту меди и железа. На долю этих двух товаров приходилось свыше 80% шведского экспорта, что позволяло ей держать под контролем соответствующие сегменты европейского рынка (см.: Шаскольский И.П. 1) Об основных особенностях... С. 23; 2) Экономические отношения России... С. 10, 44—46, 68—71; Клинге М. Мир Балтики. С. 78).

61 Шаскольский И.П. Об основных особенностях... С. 30—31; Рухманова Э.Д. Русско-шведская торговля... С. 148; Варенцов В.А. Торговля... С. 59.

62 Шаскольский И.П. Об основных особенностях... С. 30.

63 Там же. С. 25—26; Варенцов В.А. Торговля... С. 59. Ассортимент западноевропейских и шведских товаров, которые поставлялись в Россию по каналам балтийской торговли, фактически не различался в зависимости от того, ввозились ли они через Ниеншанц или же через Нарву и Ревель (Шаскольский И.П. Русская морская торговля... С. 175—177).

64 См.: Рухманова Э.Д. Русско-шведская торговля... С. 153; Шаскольский И.П. Экономические отношения... С. 88—130.

65 РШЭО. № 74. С. 111—112.

66 Там же. № 86. С. 120.

67 Там же. № 88. С. 122; Рухманова Э.Д. Русско-шведская торговля... С. 152. «Раньше, — пишет Э.Д. Рухманова, — русские торговые люди, проезжая через Канцы в Швецию и возвращаясь оттуда, уплачивали пошлины в том пункте, где они торговали, т. е. в Швеции. В Канцах платилась ввозная и вывозная пошлина только за те товары, которые там продавали или покупали русские торговые люди. Теперь русские торговые люди, проезжая через Канцы в Швецию, должны были платить транзитную пошлину в канецкой таможне, которая выдавала "пасы", документы об уплате таможенных сборов» (Там же).

68 Рухманова Э.Д. Русско-шведская торговля... С. 152—153; Шаскольский И.П. Экономические отношения.. С. 90—91, 95. Русские купцы и дальше продолжали жаловаться на то, что в Стокгольме их заставляли проходить повторный таможенный досмотр, а «порубежново города канетцких воевод и приказных людей письмам не верят» (РШЭО. № 93. С. 130).

69 Шаскольский И.П. Русская морская торговля... С. 143.

70 Шаскольский И.П. Экономические отношения... С. 94—96, 124—126. Со своей стороны, представители Швеции на переговорах выражали недовольство по поводу того, что в Новгороде их соотечественникам-купцам за складку и хранение товаров на собственном гостином дворе приходилось платить «амбарщину». Шведы возражали против принудительного курса обмена ефимков, неверных весов на торговых дворах. Особенно их возмущал установленный с начала 30-х гг. таможенный сбор в размере 25 коп. с воза, который налагался на извозчиков, перевозивших шведские товары от границы до Новгорода и Пскова, так как это автоматически повышало тариф с каждого воза на четверть рубля, и т. д. (Шаскольский И.П. Экономические отношения... С. 55, 98—103, 116—118, 123).

71 Тем не менее порторий был важнейшей статьей бюджета Ниеншанца. К примеру, в 1691 г. из общей суммы городского бюджета 5792 талера эта пошлина составляла 3995 талеров (Сорокин П.Е. Ландскрона, Невское устье, Ниеншанц. СПб., 2001. С. 56).

72 Гиппинг А.И. Нева и Ниеншанц. СПб., 1909. Ч. 2. С. 66; Курц Б.Г. Состояние России... С. 185; Рухманова Э.Д. Русско-шведская торговля... С. 153—154; Шаскольский И.П. 1) Русская морская торговля... С. 143—144; 2) Экономические отношения... С. 113, 124, 128. Впрочем, в Ниеншанце русским запрещалось напрямую торговать с приезжими купцами солью, сельдью и вином, так как торговля этими товарами была привилегией канецких горожан (Рухманова Э.Д. Русско-шведская торговля... С. 154).

73 Шаскольский И.П. Экономические отношения... С. 133.

74 Там же. С. 163—170.

75РШЭО. № 167. С. 261.

76 Там же. № 184. С. 299—300; Форстен Г.В. Сношения Швеции и России во второй половине XVII в. (1648—1700) // ЖМНП. 1898. Май—июнь. С. 345.

77 Шаскольский И.П. Об основных особенностях... С. 33. Летом 1659 г. шведские власти «запретили русским торговым людям покупку меди и медных денег в шведских владениях у частных лиц (на вольном рынке); было сохранено право лишь покупать медь и медные деньги у шведской казны по цене, устанавливаемой самим шведским правительством, и в размерах, строго регулируемых правительственными органами» (Шаскольский И.П. Экономические отношения... С. 152).

78 РШЭО. № 205. С. 331.

79 Там же. № 247. С. 430; Рухманова Э.Д. Русско-шведская торговля... С. 162.

80 Гиппинг А.И. Нева и Ниеншанц. С. 119; Рухманова Э. Д. Русско-шведская торговля... С. 160.

81 Гиппинг А.И. Нева и Ниеншанц. С. 115.

82 Рухманова Э.Д. Русско-шведская торговля... С. 151; Коваленко Г.М. Русско-шведские отношения в XVII в.: Уч. пособие. Петрозаводск, 1982. С. 33—34.

83 Рухманова Э.Д. Русско-шведская торговля... С. 158; Коваленко Г.М. Русско-шведские отношения... С. 30; Шаскольский И.П. Русская морская торговля... С. 45—46. В 1703 г. после недельной осады Ниеншанц был захвачен русскими войсками и переименован в Шлотбург.

84 Рухманова Э.Д. Русско-шведская торговля... С. 158—159.

85 Пийримяэ Х.А. 1) Русско-шведские экономические отношения и нарвская торговля в 1661—1700 гг.: Автореф. дисс.... канд. ист. наук. Тарту, 1962. С. 15—18; 2) Состав, объем и распределение русского вывоза в 1661—1700 гг. через шведские владения в Прибалтике на примере торговли города Нарвы // СС. Таллин, 1962. Вып. 5. С. 41—72, 87—92; 3) Торговые отношения России со Швецией и другими странами Европы по материалам нарвского ввоза в 1661 —1700 гг. // СС. Таллин, 1963. Вып. 7. С. 45—60.

86 Ключевский В.О. Сказания иностранцев о Московском государстве. М., 1991. С. 224; Шаскольский И.П. Экономические отношения... С. 13, 64, 84.

87 Чистякова Е.В. Псковский торг в середине XVII в. // ИЗ. 1950. Т. 34. С. 203; Хорошкевич А.Л. Из истории русско-немецких торговых и культурных связей начала XVII в. (к изданию словаря Тонни Фенне) // Международные связи России в XVII—XVIII вв. (Экономика, политика, культура): Сб. статей / Отв. ред. Л.Г. Бескровный. М., 1966. С. 36, 42, 47, 56. По мнению И.П. Шаскольского, основными торговыми партнерами псковичей в XVII в. по-прежнему были прибалтийско-немецкие купцы из Риги и Нарвы и в меньшей степени из Ревеля и Дерпта (Шаскольский И.П. Об основных особенностях... С. 14).

88 Пийримяэ Х.А. Торговые отношения... С. 46—50, 72—76, 88—91.

89 ПСЗ I. Т. 1. № 80; Шаскольский И.П. Жалованная грамота... С. 361—363; Демкин А.В. Западноевропейское купечество... Вып. 1. С. 55.

<<   [1] ... [42] [43] [44] [45] [46] [47] [48] [49] [50] [51] [52] [53] ...  [88]  >> 


Контактная информация: e-mail: info@tkod.ru   


Rambler's Top100Rambler's Top100 Яндекс цитирования Все о таможне